Борзянка

Несколько заметок псового охотника Калужской губернии, по поводу статьи г-на Мачеварьянова.

Несколько заметок псового охотника Калужской губернии, по поводу статьи г-на Мачеварьянова.

С особенным удовольствием в первых 3-хъ книжках за нынешний год
прочел я статью г-на Мачеварьянова. Как старому охотнику, она принесла мне истинное наслаждение, напомнив мне мою молодость. Вместе с тем не могу удержаться,
чтобы не указать некоторые промахи, сделанные в этой статье, при разборе сочинения
г-на Реутта; всякий истый охотник с меня не взыщет; так точно думаю и г-н
Мачеварьянов. .

Начну с того, что он говорит — мастер в стае должен быть верхочут. Не знаю, на сколько это доступно в Симбирской губернии, но у нас такие собаки не ценятся; обыкновенно их сбывают, потому что остальные собаки, подваливши на ее отзыв и не слыша чутьем следа, раскидываются врозь; доезжачий и выжлятники сбиваются с толку, и несмотря на свои стоны:., слушай! къ нему! ничего не могут сделать с стаей и собрать ее въ общий гон. Вообще эти верхочуты после двух осеней делаются перечниками и портят все поле; участь их большею частью петля на шею. Затем упоминается: гончих водят на смычках, а борзых на сворах. Это обыкновение лет уже 25 как у нас выведено. Я чуть ребенком запомню, что стаю водили на смычках; сколько при этом было хлопот: подъехав к острову, доезжачие—слезай с лошади, размыкай и привязывай смычки к торокам, выжлятники — береги стаю криком и хлопаньем в арапники, так как собаки, зная, что снимая с них смычки, их готовят бросить в остров, обыкновенно от нетерпения срывались. Вследствие всего этого происходила суматоха и неурядица, почему красный зверь, очень чуткий, не задерживался в острове и охотникам доставалось только довольствоваться несчастными зайцами. В настоящее время у нас стая вываживается без смычков; но за то дрессируется почти что как легавая собака. Разумеется надо наблюдать самому или иметь такого хорошего, в душе, охотника, который бы понимал важность этого дела и наблюдал за его исполнением. Эта дрессировка должна начинаться дома у корыта, чуть ли не с того времени когда щенят отнимают от матки; здесь их учат стойке, затем когда они подростают- доезжачий вместе с выжлятником непременно должны водить их в проводку, сажать под наблюденеем выжлятника, с приказанием «стой», самому же отъехать подальше и зазвать в рог. Обязанность выжлятника с криком «к нему», подгонять стаю. Выкормив и выдрессировавши таким образом стаю, можно с удовольствием охотиться, без различия на какого угодно зверя, зайца, волка и лису. Стая послушна, как хорошее ружье в руках опытного стрелка, и все зависитъ от доезжачаго и выжлятниковъ, какого им зверя надо поднять. Тут играет роль уже их порсканье. Одно необходимое yсловиe—под доезжачим и выжлятниками должны быть кони, а не одры—и хозяин охоты их не жалел _бы.

Еще заметка. У нас в Калужской губернии введен обычай подавать голос по красному зверю начиная одною октавою с нисшаго тона, а потом переходя в высший, делать по волку два перебоя, а по лисе три.
В. Л. Рахмановъ.


Присворка и высворка борзых собак.
Это наука мудреная, требующая знания, а главное — терпения. Хороший охотник нуждается: 1-е, прежде всего в резвости собаки, 2-е, в вежливости этой собаки, 3-е, ее рыске, что для охотника составляет очень важное качество, так как он тогда не обязан постоянно водить ее на своре; при езде съ гончими, это обусловливает свободные движения самого охотника и чрез то приятность охоты.

Теперь вопрос как этого достигнуть? Делается это такимъ образом: по пpиобретении молодой собаки не бывшей въ поле, надо ее к себе привязать и потом высворить. Самое лучшее средство класть собаку с собою на постель; другое же— прикормка кусками сала, которые нужно носить или с боку под платьем, или на груди поверх рубашки, где бывает более испарины, от чего эти кусочки принимают отчасти дух охотника. На привязанность собаки это очень действует. Вежливость собаки чисто зависит от охотника и его терпения ее высворить. Для этого нужно взять в первый раз собаку в поле на своре, отнюдь не спускать с своры, ежели не приходилось травить и на своре привести ее домой, где. уже спустить. Ежели же приходится травить, то непременно надо стараться так удачно спускать ее со своры, чтобы она зверя заловила и поймала в чистом поле. Достаточно два или три раза хорошо это исполнить и собака делается вежливою, под гончих не кидается; она им больше не верить,—а только приказаниям охотника. Что касается до рыска собаки, то это чисто зависит от вкуса и взгляда самого охотника. При хорошей высворке он может ей приспособить тот рыск, какой он находить удобнее. Считается у нас в охотах три рыска: передний, у стремени, и задний. Я собственно предпочитаю стремянной, не знаю как на это взглянуть другие охотники, но тут я собакою распоряжаюсь как пистолетом.

При такой высворке и не имея больших средств, я постоянно, - мог ездить только на три своры, не имея даже стремянного, почему мне и двум охотникам из -под паратых гончих постоянно приходилось беречь по нескольку лазов и перескакивать зверя, Правда на лошадей, как под доезжачего с выжлятникомъ, так и охотников, я денег не жалел, об своей лошади и говорить нечего; но за то и веселился же я на охоте: не говоря об зайцах, сколько пришлось мне перетравить лис и волков.

При этом считаю не лишним прибавить, что приездка лошади составлять такой же важный предмет, как и высворка собаки; она должна быть смела, знать своего седока и за ним ходить сама, не водимая на чумбуре. Это условие почти необходимо при травле волка. Приучается к этому лошадь выездкою и прикормкою, хлебом, сахаром или другим каким нибудь любимымею лакомством.

В. Л. Рахмановъ.
ЖУРНАЛ ОХОТЫ.